May 12th, 2015

Detective_NYPD

Дождь на Бруклинском мосту

Ну что же, друзья, решил я потихоньку начать выкладывать тексты нового романа.
Это приквелл к "Ковбойскому Ангелу и Люциферу", действие происходит в Нью-Йорке, в 1961 году, т.е. практически за год до.
Что примерно там будет: любовная линия (в том числе с эротическими и сексуальными сценами); убийства и трупы (с краткими "экскурсиями" в судмедэкспертизу); немного мистики (в том числе разные интересные дополнения по теме "Ангела и Люцифера"); много police procedural (а проще говоря "что делает Ангел на официальной работе" - с долей занимательного, на мой взгляд, фактического и исторического материала по NYPD); психология, драма; юмор - и прочее:)

Тексты, разумеется, ещё в процессе работы, выкладывать (если найдутся читатели) буду примерно раз в 1-2 недели.
От потенциальных читателей мне нужны отзывы, т.е. мнения (кто вдруг не уверен в том, что есть мнение, читать здесь) и вопросы. Поскольку есть маленькая вероятность, что текст заинтересует кого-то из невзаимных френдов, пока вывешиваю открыто, потом, как обычно, сделаю группу для желающих читать.

Первая часть текста непосредственно внизу:)

Дождь на Бруклинском мосту

Нью-Йорк, апрель-май 1961 г.

- Давай, девочка, - сиплый голос, такой неприятный — впивается прямо в душу.

Сидит напротив, в его машине — мгла, глухие удары капель — по крыше, в окно. Рядом с ним — ещё один итальянец — молчит и смотрит. Рене сжала ноги под юбкой ещё плотней.

- Давай, - повторил сицилиец, - Ты же шлюха, сделай свою работу. Затащишь его в постель, поспрашиваешь, что он знает, чего не знает. Получишь от меня денег, засуну их тебе прямо сюда, - он выдвинулся вперёд — отвратительное лицо — и ткнул пальцем Рене в ложбинку между грудей. Рене затаила дыхание, почему-то отметила, что тот другой хмыкнул и отвернулся.

- Поняла? - сицилиец уже отодвинулся.

Collapse )
Люцифер

Зло невежества

За что я на самом деле ненавижу непрофессионалов (а в особенности - нагло выдающих себя за, как раз, прекрасных специалистов, пиарящихся, напористо продающих себя) - так это за то, что встреча с ними как бы "отрезает" нуждающихся в помощи людей от этой помощи.
Я тут, конечно, в первую очередь про "своё" - психологию и тренерство.

Травмированному, напуганному, обруганному с самого детства человеку и так нелегко, как правило, бывает обратиться за помощью. И если - опять же зачастую, после ооочень долгой борьбы с собой и внутренними запретами, стыдом и "слабостью" - человек напарывается на какого-нибудь психуёлога - там может (в случае большого везения) даже не быть ре-травмы, но "осадочек" в виде общего недоверия и вполне справедливого презрения к профессии остаётся.
И вот это "презрение к профессии", часто выражаемое абсурдно звучащим "я не верю в психологов" - и есть, на мой взгляд, то самое проявление зла невежества. Во-первых, сам человек теперь по понятной причине шарахается от попыток (или возможностей) получить помощь, во-вторых, потом профессионалам - настоящим, если человек до них всё же доходит - приходится разгребать не только первоначальные травмы, но ещё и вот эту немаленькую кучку дерьма после "работы типо-коллеги". Не говоря уж о том, что периодически приходится защищаться от внезапной агрессии по признаку принадлежности к профессии - той агрессии, которая предназначалась другому, натворившему зло.

И с тренерством то же самое. Мне неприятно, когда люди меня боятся. Ну ладно, пусть опасаются - ждут от меня какого-нибудь подвоха, стесняются лишний раз ко мне подойти и что-то спросить - а ведь, возможно, этот вопрос очень важен для этого конкретного человека. А я готов отвечать, мне бы хотелось ответить, чем-нибудь поспособствовать, если нужно - помочь. И да, я сам - тоже травматик. Леченый, терапевтированный, но всё же - мне трудно бывает, по-человечески просто трудно доказывать, что я "не верблюд", то есть, в обсуждаемом случае - не насильник, не невежда, не самодовольный тиран, любящий поиграться со властью. Я вобще не считаю, что у меня (в позиции тренера) есть власть над другими людьми. Для меня эта мысль абсурдна. Но я понимаю, что такое "статусная фигура" и что она даёт определённые преимущества, так же, как и налагает ограничения. Моральные, в первую очередь, потому что "статус" - это бОльшая ответственность, чем у других участников группы - за свои действия и слова, причём, не только за то, ЧТО именно я говорю, но и КАК, каким тоном, какими формулировками.
Я не имею права просто "брякнуть" чего-нибудь, я обязан сначала подумать.
Я должен спросить разрешения, прежде, чем прикоснусь к человеку с целью поправить его движение или что-нибудь показать.
Я должен быть аккуратным в обращении с чужой волей - чтобы случайно не "передавить" человека в ненужную или неприятную ему сторону.
Я обязан быть более внимательным к тем реакциям, которые человек на моей тернировке проявляет не ярко - и то мне до сих пор удаётся это с трудом, я отслеживаю, но не всегда замечаю что-то, требующее моего внимания.

Я знаю, что многие (подавляющее большинство) приходящих ко мне людей так или иначе были до встречи со мной травмированы - кто в детстве, кто в юности, кто-то из-за "особенностей" своего внешнего вида, а кто-то - несчастной встречей с тем самым непрофессионалом. И зная об этих травмах, этой ранимости - я стараюсь быть более бережным, я беру на себя ответственность "статуса" - и надеюсь, частично я исправляю сломанное не мной.